Круиз без ощущения Карибов.
“Grosse Freiheit №7“ – танцплощадка в Гамбурге, которая известна также как и одноименный фильм с Хансом Альберсом. Какое это имеет отношение к Unheilig? Во-первых, Граф приглашает к ней в своей новой работе с полной чувств балладой, которая стала новым материалом для готик-сцены, во вторых производит фурор Grosse Freiheit в городе, расположенном рядом с Альстер (приток Эльбы, протекающий рядом с Гамбургом). Что скрыл за этим музыкальным путешествием неблагочестивый дворянин, он поведал в обстоятельной беседе.

Обложка „Große Freiheit“ больше всего указывает на одиночество. Граф потерялся в далекой поездке. Но он все также высоко держит знамя…

…нет, нет! (смеется). Это недоразумение. Вверху на корабле не я. У тебя умоляю: я не ношу шаровары! Фигура не должна выглядеть потеряно, скорее она должна проявить размер парохода. Не будь ее тут, это могла быть бы и простая лодка. И, конечно, знамя это графический намек на „Unter deiner Flagge“. Для меня это не имеет ничего общего с безнадежным положением.

Большой корабль очаровывает тебя?

Да, в любом случае. Я был недавно в Гамбурге, в том числе в порту, и это произвело сильное впечатление. Особенно если еще и раздается пароходный гудок. Чувство, которое при этом во мне возникает, напоминает мне мое детство. Если мы тогда были в отпуске, и нужно было ехать, я был очень взволнован. Мореплаванье и море – я снова мог бы начать с этим что-то. Конечно, мне не нужно было постоянно быть на побережье, но я могу сказать: Море и все, что к нему относится, всегда меня притягивало.

Итак, это не случайность, что ты в клипе „Geboren um zu leben“ прогуливаешься вдоль морского побережья?

Нет, к этому стремились. Мы также специально сняли интро к этому видео на Нордерней (остров). Это было осознанное решение для этого места съемки. Одно море не похоже на другое, и я хотел именно это серое, суровое море. Дух Карибов и костюмы пиратов мы сразу отвергли. Это просто бы не подошло к настроению альбома (смеется).

В текстах тоже есть картины моря и корабля, которые внезапно возникают снова и снова. Аналогично было с предыдущим альбомом „Puppenspiel“.

Прежде всего: Почему вообще есть эта тема? Это первый важный вопрос. Он нужен мне, прежде чем начать работать над альбомом, чтобы я знал, в каких границах я пишу песни. Каждая концепция имеет свой язык. С „Puppenspiel“ это была сцена, и песни были в некотором роде о вещах на ней. С „Grosse Freiheit“ я захотел, чтобы рамой было морское путешествие и его язык снова находится в песнях. Во время первой песни слушатель идет со мной на палубу и в конце поездки, которая длится на протяжении всего альбома, он, вероятно, находит „Neuland“. Здесь песни различных эпизодов, которые переживают во время этой поездки. Я рассказываю эту историю не по памяти, это просто замысел.

Как ты приходишь к этим всеохватывающим темам?

Они охватывают меня чаще всего, когда я этого не ожидаю. В нынешнем случае было так, что мы были в Гамбурге с туром в поддержку „Puppenspiel“. На следующее утро я проснулся в гостиничном номере и знал, что пришел к „Grosse Freiheit“ и речь будет о море. Конечно, я начал не сразу писать песни, так как хотел сперва спокойно доиграть тур. 1 января 2009 года я сел и начал работать.

Ты настраивался с помощью фильмов и книг в поисках вдохновения?

На самом деле нет. Я не нуждаюсь в этом, потому что я всегда ношу в себе картины, и они сами начинают складываться вместе. Возьму для примера интро „Das Meer“: у меня в голове был собственный фильм, который развертывался в то время, когда я работал над этой вещью. Нужно было не больше короткого поиска в интернете и пары старых фотографий кораблей, чтобы подтолкнуть процесс возникновения. Когда у меня есть концепция, тогда я формально погружаюсь в нее и живу этим, пока все песни не будут готовы.

За этим есть момент пустоты и неуверенности в следующем альбоме? Страх, что тебе больше ничего не придет на ум?

Прежде всего, мне нужно постоянно владеть собой. Сейчас у меня уже снова в уме есть концепция для нового альбома. Название тоже. Незадолго до того, как я закончил с пластинкой, или в последующем туре, я всегда нахожу подходящую тему. Это ждет своего времени и работает во мне, без того чтобы я осознанно сел за это и беспокоился. Незаметно это складывается вместе, и если дальше все идет также, тогда у меня есть фундамент, на который я опираюсь при разработке. У меня нет страха, что когда-нибудь это может прекратиться. И я стараюсь об этом не задумываться. Я думаю, когда начинают осознанно искать и ломать голову, где взять идеи, то конечном итоге тормозят себя. Для меня лучше абсолютно без напряжения обращаться с вдохновением.

Несмотря на давление успеха, которое над тобой довлеет. И не изменяться, имея за спиной новую инфраструктуру.

В конце концов, в целом изменилось немногое. Мы по-прежнему Indie-звукозаписывающая фирма, только теперь мы в лодке с Universal. Это увеличивает не столько давление, сколько открывает новые возможности. В том числе с помощью контактов, которые внезапно были представлены в распоряжение. Также и для записи альбома. Когда тебе нужен музыкант, тебе дают номер телефона, и ты можешь пригласить его в студию. У нас в распоряжении была большая студия, как для записи детского хора, так и для ударных. Я думаю, это дало возможность нам сделать шаг вперед, записывая „Grosse Freiheit“.

Разумеется, наличие названных возможностей не означает автоматически, что это приведет к лучшему результату.

Верно. Можно также зайти в тупик, если не быть внимательным. Важно постоянно оставаться на земле. Я снова осознанно работал с Эннингом Ферлаге. Для „Geboren um zu leben“ с Кико Массбаумом в студиях Tinseltown в Кёльне. Для меня было важно умеренно обходиться с новыми возможностями и быть с людьми, с которыми у меня есть непосредственная связь. Работа, в конце концов, должна приносить удовольствие. Для этого важно, чтобы было человеческое отношение. Universal поддержал полностью, и нужно сказать, я не раскаиваюсь, что решился на шаг работать с этой фирмой. Напротив. Конечно, в самом начале был скепсис, куда приведет эта поездка, но чувствую себя понятым. То, что я хотел бы сделать, учитывается, и в целом для меня, как для артиста это партнерство удачно.

Музыка также не изменилась коренным образом.

Это плюс, когда ты как артист оставляешь последнее слово за собой. Тогда в случае сомнения всегда можно сказать: «Нет, я сделаю так, как считаю правильным». Чтобы быть честным, в случае с „Grosse Freiheit“ этого было не нужно. Мне дали спокойно писать песни. Когда я начинал, то думал: «Когда позвонят и спросят, когда все будет готово?», но никто не позвонил. Меня оставили в полном покое, хотя предоставленное в распоряжение время не бесконечно, потому что уже было ясно, когда ожидается очередной тур. Но это давление было на значительном расстоянии от меня.

Одно небольшое изменение коснулось роли электроники. Она немного сместилась на задний план и служит скорее только для поддержания атмосферы.

Правильно. Все мотивы и фирменный звук все также присутствуют, но представлены иначе. Это совершенно преднамеренно. „Puppenspiel“ был в целом слегка технологичен. На этот раз мы частично использовали другой саунд. Я бы не сказал, что электроника ушла на задний план. Она не потеряла значения, просто была иначе использована. Посмотрев назад, вероятно можно сказать, что мы с каждым альбомом все больше приближаемся к живому звучанию. Я часто слышал людей, которые говорили «Unheilig вживую лучше, чем на дисках!». Все равно как развивались альбомы. Поэтому если я осознанно делал наши концерты или живые записи, тогда в них всегда были элементы, которые я считаю на самом деле замечательными. Вот уже какое-то время в группе есть ударник. С первого момента, как мы с ним вместе вышли на сцену, мне стало ясно – я хочу, чтобы ударные были на следующей пластинке!

Разумеется не распространенные рок-ударные?

Мы попробовали, но электроника в таком случае совершенно выбивается из общего фона и вместе с полноценным Drum-set не работает. В таком случае музыка звучит взаимоисключающе, и многое из стиля теряется. Итак, мы впустили в электронику и ритмы ударных. Поэтому вероятно на этот раз она действует так.

Теперь все без исключения трещат об Unheilig. Другие артисты пишут одну, ты же представил на „Grosse Freiheit“ 4 баллады.

Я думаю это фирменный знак Unheilig. Я знаю, что мои слушатели любят баллады, и я также хочу писать их для самого себя. Я считаю, баллада, как вышибала альбома, который в противном случае с быстрыми или тяжелыми песнями одного уровня просто растрачивается. Мне нужна при прослушивании пауза. Только трещание для меня не действует. Когда динамика возрастает, когда постоянно есть взлет и снижение – это мой альбом. Когда я пишу альбом, я думаю об этом, включая бонустрек. 4 баллады для того, чтобы можно было остановиться, задуматься и перевести дух.

Четкий переход как между „Geboren um zu leben“ и „Äbwerts“, это точно твоя вещь.

Да. Нужно чтобы было точно так! В этом месте у нас была большая дискуссия, нужно ли так делать. Я скажу определенно да. Когда я слушаю „Geboren um zu leben“, это приятно, но мне также приятно, когда после нее следует не точно такая же песня. И для фанатов, которые хотели бы либо баллады, либо песни, которые им больше подходят, на альбоме есть подходящий материал. Нет, я не хотел, бы делать так, чтоб все считали это правильным, но когда я выпускаю диск, за которым я стою, который мне и моим фанатам нравится, тогда, конечно, это хорошая вещь.

С „Geboren im zu leben“ за ваш счет пришли те, кто охотно слушает детский хор.

(смеется) Изначально это совсем не планировалось. Номер был уже готов, но чего-то не хватало. Так как я видел песню как продолжение и окончание „An deiner Seite“, ко мне пришла мысль дополнительно подчеркнуть воспоминание детства, и в связи с этим я подумал, что было бы хорошо, если бы эту песню можно было спеть с детским хором. У студии были соответствующие контакты, и вначале пришли маленькие дети и спели песню, затем дети постарше, и то, что сперва было задумано как попытка, оказалось зажигательной идеей.

Итак, Unheilig любит детей?

На Unheilig&Friends было построено ничто иное, как надувные крепости. Были семьи, которые пришли на наши концерты. Это выглядело как совершенно естественная вещь, спеть вместе с детьми. Впоследствии даже, возможно, я смогу представить это со следующей вещью. Посмотрим. Никогда нельзя предугадать.

Кажется, что ты сам имеешь искренние отношения в своей семье. Одна песня посвящена твоей матери.

Я абсолютно семейный человек. И мне также повезло вырасти в полной семье. Я всегда замечаю, что это нечто особенное, когда долго не вижу семью, и потом мы все вместе встречаемся по какому-нибудь поводу, будь то Рождество или другой праздник. Так как чувствуешь себя снова дома как сын. Потому что я знаю, что это не само собой разумеющееся, я очень благодарен за это. И поэтому я посвятил моей маме „Unter deiner Flagge“.

Нет некоторого расхождения между таким взглядом в твою личную жизнь и стремлением уберечь сферу твоей личной жизни, в связи с тем, что ты выступаешь как артист?

Нет, пока я сам могу себя контролировать, что оставлять, а что нет, это получается. Я все также могу просто сказать «Я ухожу сейчас» и никто не знает, куда. С другой стороны в моих песнях я даю глубокий взгляд в мои чувства и мысли. Некоторые из тех, кто знает мою музыку, вероятно, знают обо мне больше, чем некоторые друзья, которые знают меня только как частное лицо. Как раз потому, что моя личность скрыта во мраке, я могу так писать песни и быть настолько открытым в текстах. Для меня очень важно оберегать сферу своей личной жизни, поэтому в моей биографии, которую я приложил к лимитированному изданию „Grosse Freiheit“, рассказывается от детства до сегодняшних дней только о тех вещах, которые связаны с музыкой. Я не остерегаюсь моих фанатов, но я благодарен им за то, что они позволяют мне эту возможность отступить.

Ты чувствуешь себя свободным?

Да, безусловно. Потому что свобода для меня означает быть самим собой, возможность делать то, что ты хочешь, что делает тебя счастливым. Мир открыт – это даль, море и „Grosse Freiheit“. Кто свободен, у того есть все возможности, это осуществить. Он может отправиться на поиски новой земли. Этот альбом – приглашение следовать за мной этим путем и я надеюсь, что его примут многие.

перевод – purtiinen